Вероятность

В такие вечера Дракон особенно любил рассуждать о высоком — размахивая диктофоном так, будто в нём ещё оставалась хоть какая-то власть над миром.

— Вероятность, вероятность… Да кого это волнует? — горячится на жердочке над циферблатом стареньких ходиков с чугунными шишками зелёного цвета Дракон, размахивая диктофоном. Диктофон у него выключен — батарейки сдохли уже давно, а новые он купить не может — не на что.

— А и никого, — равнодушно откликается кот с подпалиной на боку, отдалённо напоминающей Африку. — Подумаешь, — говорит он, подцепив стащенной у меня вилкой без одного зубца кусочек докторской колбасы. — Делов-то, вероятность! Вот какая, к примеру, вероятность того, что, съев этот кусочек колбасы, я подхвачу желудочные колики?

Он брезгливо обнюхивает колбасу и, зажмурившись, закидывает её в широко закрытую пасть.

— При твоей-то прожорливости — никогда! — уверенно говорит Дракон. — По крайней мере, в анналах не зафиксирован такой случай. А вот наше существование — сплошное издевательство над вероятностью и здравым смыслом!

— И с каких это пор тебя здравый смысл начал интересовать? — не выдерживаю я. И отбираю у наглого котяры вилку. — А ну, отдай! И вообще, это моя колбаса.

— Подумаешь, — ворчит кот и, нацепив на нос очки (мои, кто бы сомневался), усаживается в кресло, развернув свежую прошлогоднюю газету на разделе предсказаний и гороскопов.

— Вот я и говорю, — вещает дракон, обрадованный бегством оппонента, — вероятность ничего не значит. В нашем мире всё предопределено!

— Что предопределено? — возмущённо кричит кот, тыкая в газету лапой. — Это? Тут написано, что я сегодня помру в страшных муках, отравившись несвежей колбасой!

И, бросив газету, рухнул на спину, закатив глаза и завывая на разные голоса.

Я отправляю ещё кусочек колбасы в рот и принимаюсь её жевать — колбаса как колбаса — свежая.

— Может ему, того, клизму? — осторожно спрашивает Дракон. — Ну, чтобы облегчить?

— Угу, и промывание желудка, — добавляю я с полным ртом, — для надёжности. С обёртыванием в мокрые простыни.

Кот замолкает, явно передумав умирать в страшных муках. Воображение у него весьма живое. Особенно когда дело касается его лично.

— А вот если вероятность привести в соответствие с нормой, то может всё что угодно случиться, — говорит чудесно воскресший кот в задумчивости и, как бы невзначай, тащит с блюдца ещё кусочек колбасы.

— Да, — говорю я задумчиво. — Вы все исчезнете, к примеру.

— Эй, — заволновался Дракон, — как это — исчезнете?

— Обычно, — говорю я, — а вы как думали? Маловероятные вы мои.

— И я? — доносится до меня голос Собакера, ковыряющегося в подсобке: он уже третий день мастерит дельтаплан с педальным приводом. Собакер — известный в нашем микрорайоне защитник окружающей среды от наступающего четверга.

— И ты, — мстительно отвечаю я. — А на твоём дельтаплане я вот возьму и улечу к чёртовой матери!

И, отложив в сторону вилку, решительно переключаю вероятность в стандартный режим.

---*

И сразу — как будто для примера, как будто нарочно, — я ясно вижу, что будет, если «стандартный режим» и правда возьмёт своё.

Часы на стене показывают без пяти семь. Пятно над циферблатом, рядом с вечно запертой дверкой, смутно кого-то напоминает, но я не могу понять кого и, поломав ещё пару минут голову, но так и не поняв, что это, кричу неизвестно кому:

— А что у нас с часами-то? Что, циферблат уже вытереть некому, что ли?

И оглядываюсь в поисках тряпки. На столе сидит дымчатый котяра и нагло жрет колбасу из моего блюдца.

— Брысь! — кричу я, и кот, недовольно взглянув на меня, кидается, как наскипидаренный, к открытой форточке. Опять на неделю свалит куда-нибудь — туда ему и дорога. Кота провожает заливистым лаем разбуженный шумом собак, разочарованный тем, что ему ничего не досталось, и желающий выслужиться: а вдруг зачтётся? Бросаю ему кусочек колбасы. Собак умилённо смотрит на меня преданными глазами и облизывается…

— Ты долго ещё?

— Да нет, уже готов, — рычу я в ответ и, пригладив чёлки на всех трёх головах, отправляюсь на службу — охранять вход в одну пещеру. А что, не пыльная, между прочим, работёнка. Иногда даже творческая, гы-гы!

---*

— Ты, это, не надо больше, а? — бормочет Дракон, вытирая пот со лба. — Та вероятность хуже, сам же знаешь…

— Ты что, спятил, что ли, там со своими мымруарами? — осведомляется у Дракона кот, сдвинув очки на нос. — Вероятность не бывает хуже или лучше, мы бываем или не бываем. И всё.

Я зову Собакера, и мы рассаживаемся за столом вокруг закипевшего самовара. Чай пить.

А дракон так и сидит, нахохлившись на своей жердочке, и бормочет что-то в давно уже мёртвый диктофон — будто записывает не слова, а саму вероятность, пока она не передумала.